АУКЦЫОН. Олег Гаркуша. Мой душевный возраст — 14 лет

20 мая 2013 года, 17:12 0
Чтобы узнать, как обстоят дела у Олега Гаркуши, FUZZ встретился с ним в виски-баре. Пробегая длинными пальцами по кнопкам телефона, музыкант поднимает брови: «Вы только не пугайтесь, мне должны позвонить с “Радио Рокс”, так, пару слов сказать». Перед тем как начать отвечать на вопросы, Олег признается, что у него дома есть все-все номера журнала FUZZ, которые он, правда, не покупал, но зато бережно хранит на полке.

Для просмотра видеоролика Вам необходимо установить последнюю версию плеера Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player

FUZZ: А ваших книжек «Старый пионер» и «Мальчик как мальчик» уже и не найти в продаже…

Олег Гаркуша: Конечно. У меня дома лежат экземпляров пятьдесят. Думаю, что бы с ними сделать… Если буду продавать, то дорого: скажем, по тысяче рублей за два томика. А «Старый пионер» — так это вообще раритет. И на книгу не тянет даже: тоненькая брошюрка на плохенькой бумаге, мелким шрифтом набранная.

 

FUZZ: Вы готовите новую книжку к выходу?

Олег: Да, сейчас уже практически готова книга, но не знаю, стоит ли называть ее новой. Это стихи, появившиеся после того материала, который был в книге «Мальчик как мальчик», то есть писанные на протяжении лет десяти.

FUZZ: Десять лет проходит — и вы выдаете книгу…

Олег: Ну, я не специально. Не могу же я выпустить книжку из пяти стихов, хе-хе! Стихи я никогда не вымучиваю — я их записываю. Записал два стиха в год — и живу себе дальше. Накопилось у меня стихотворений где-то с девяносто штук. Книга будет называться «Ворона» и выйдет она на следующий год, может, даже ко дню моего рождения. Она будет, конечно, потоньше, чем «Мальчик как мальчик». Оформлением займется Гавриил Лубнин, гениальный и талантливый художник и не только.

FUZZ: Он, вроде, и раньше помогал вам с оформлением книг?

Олег: Нет, он делал мне афиши — лучшие артефакты моей концертной истории. Стиль у Лубнина гротесковый, мне нравится. Да и все без исключения, что он делает, мне издавна нравится. Он и Дмитрию Озерскому оформлял книжку детских стихов.

FUZZ: Ваши стихи совсем не детские, конечно, но в них живет ребенок. Детство и детские воспоминания что значат для вас?

Олег: Детство — это незабываемое время. У каждого взрослого человека какие-то воспоминания оттуда сохраняются. Бабушка любимая, приключения, связанные с той наивной жизнью. И в душе через некоторое количество лет детскость эта прорастает. Ну, как известно, есть возраст душевный и биологический. Вот мой душевный возраст — лет 14. Я не ощущаю себя на 50 лет, хотя изображение, наверное, говорит об этом, хе-хе. Но я такой же пацан, как и раньше.

FUZZ: Вы и проказничаете нынче, как четырнадцатилетний?

Олег: Хе-хе! Не устраиваю сумасшествий, конечно, но со своими коллегами по группе или дома я не прочь… Сын мне вообще говорит, что мне взрослеть давно пора, хе-хе!

 

FUZZ: А за тем, что сейчас делает Леонид Фёдоров, вы следите?

Олег: Конечно, нет! У меня все диски есть, хе-хе-хе, наверное, штук семь. Ну, очень много! «Четыресполовинойтонны» я слушал, а остальное уже нет. Были какие-то попытки… Раньше мы как слушали музыку: доставали записи, закрывались дома и — слушали!.. А сейчас очень сложно найти время для этого. Я лучше тупо телевизор посмотрю, чем буду слушать Федорова-Волкова. Хе-хе-хе! Ну, мне стыдно, да. Нужно слушать, да. Вот поеду на дачу, в беседке буду сидеть и слушать Федоровские диски. 

FUZZ: Последняя ваша роль в кино — в фильме Ильи Хржановского «Дау». Как идут съемки и каково вам было играть Хармса?

Олег: Как идут съемки, понятия не имею. Я снялся в свое время — даже не помню, когда именно — в некоем эпизоде, где играл Хармса. Мой герой шел по улице, а ему навстречу — профессор Ландау, который на самом деле Дау… И, по-моему, я был с сачком. Очень странно одет. Ну, в стиле Хармса. Вообще, если моя эпизодическая роль и мое появление в фильме как-то отметилось, то это очень хорошо, если мне это удается, это классно, конечно. Я не буду хвастаться, но сыграть в эпизоде (как говорят актеры с опытом) — это очень сильно. 

FUZZ: Хармс же ваш поэт любимый. 

Олег: Ну да.

 

FUZZ: Вам должны были роль побольше дать, чтоб в нее вживаться пришлось. Так же интересней.

Олег: Я всем режиссерам говорю: если вы мне даете роль, то, пожалуйста, без слов. Потому что у меня, во-первых, плохая память, а во-вторых… Вот бывает, снимают великого актера. Он вообще ничего не говорит, не шевелится никак. Но у него в лице — все. Достичь такого уровня — это огого… А слова — ну что слова? Бла-бла-бла — и что? Это не отложилось, и тебе люди не поверили.

FUZZ: Фильмы с вашим участием приходится очень внимательно смотреть, потому что легко можно пропустить момент вашего появления.

Олег: Хе-хе! Ну это с паузами надо смотреть — как я делал с фильмом «Хрусталев, машину!». К съемкам я готовился неделю, и неделю еще меня снимали. А на экране это было не больше минуты, наверное. Можно похвастаться, что у великого Германа я два раза снялся. Ну и все. Процесс съемок мне нравится, только если он не нудный. Вот у того же Игоря Волошина комфортно сниматься. (Олег Гаркуша снялся в двух его фильмах: «Нирвана» и «Я».) Весело, есть интерес. Все — от оператора, осветителя до массовки — дружная команда. А у других нудятина какая-то… Я же люблю импровизировать! А некоторые режиссеры не любят это дело. У Антона Сиверса в фильме «Качели» меня вяжут, заламывают руки, и я, понятное дело, сказал одно слово на «б». Пришлось потом мне это слово перезаписывать: вместо «б…» говорить «б-р-р» или что-то такое. Ну, ему видней.

FUZZ: Раз уж мы о кино заговорили, в фильме «Взломщик» героя Кинчева озвучивает ведь не он сам?

Олег: Озвучивал Владимир Осипчук, актер Малого Драматического театра. Он трагически погиб буквально через несколько лет после этого. Там какая-то странная история с озвучанием. То ли Костя сам не смог, то ли что… Нестыковка какая-то случилась. Я всегда говорил, что озвучивать своего героя должен сам актер — если только он не картавит или вообще говорить не может. Я-то знаю Костины интонации и все остальное. Да и не только я: эта «подмена» стала отталкивающей для многих зрителей. Режиссер Валерий Огородников, светлая ему память, во «Взломщике» развивает несколько линий: и политическую, и историю мальчика, и «алкоголическую», и «тусовочную». Но ни одна из них не становится главной — это очень запутывает. И все же в те времена «Взломщик» прогремел на всю страну — так же, как и документальная лента «Легко ли быть молодым». И еще фильм «Рок». Вот эти три фильма лучше всего показывают, как дело было. Когда я ездил по стране со «Взломщиком», представлял его в кинотеатрах, люди вставали с мест, говорили, что я фашист и всех нужно повесить. Время было такое: люди буквально воспринимали то, что происходит на экране. Вот я с девушкой танцую под «Черного Кота», и вот я ее бросил на диван. Фашист! 

 

В этот момент у Олега Гаркуши звонит телефон. Он попросит бармена переключить приемник на «Радио Рокс» и сделать погромче. Парни за соседним столиком навострили уши. 
— Але, Женечка! Привет! 
Олег рассказывает о грядущем концерте АУКЦЫОНА, кокетничает с ведущей, видимо, давней его знакомой, читает стихотворение и под конец почти случайно роняет, что фонд «Гаркундель» в скором времени получит, наконец, от городской администрации собственное помещение.
— Да, Жень, спасибо тебе огромное. Обнимаю-целую. Дай-то Бог, дай-то Бог. Надо, говорят, пойти свечку поставить, хе-хе! 

FUZZ: Неужели у «Гаркунделя» появился свой уголок?

Олег: Ну, об этом еще рано говорить… Фонд существует вот уже пять лет. У города для таких организаций, как наш фонд, есть так называемые льготные помещения. Коммерческое будет стоить, скажем, пять тысяч долларов в месяц, а льготное — пять рублей. Разница есть. Все, и Валентина Ивановна даже, знали, что мне нужно, хе-хе. Естественно, на тысячу квадратных метров в центре, как я хотел изначально, рассчитывать не приходится. Вот, последнее письмо из Смольного было: мол, предлагаем вам два помещения, выбирайте. Одно находится в Пушкине, хе-хе, а другое — на улице Чехова. Ну, я выбрал второй вариант, конечно. На Чехова маленькое оно, конечно, двести метров. И сделать творческий центр, где было бы все — от студии до концертного зала, не получится. Но мне б сделать так, чтобы народ, как прежде, собирался, играл, разговаривал, творил. Ну, клуб, в общем. Если хотя бы это удастся, будет просто замечательно.

Фото: Валерий ПОТАПОВ, Павел ВЛАДИМИРСКИЙ

 

Ольга Рябухина

 

 

 

 

Комментарии
Отправить
Союз израильских и русских музыкантов объединился для создания винилового "В Траве".
13.11.2015, 18:36 0
Шоумен записал альбом на стихи поэта Даниила Хармса.
03.11.2015, 19:54 0
9 октября на Первом канале будет показан фильм о группе
06.10.2015, 13:21 0