Нина Карлссон. Чтобы нравилось

24 июля 2013 года, 15:03 0
В творчестве Нины Карлссон недавно произошла важная перемена. О том, что изменилось в песнях Нины, что такое «фоновая музыка» и о многом другом в эксклюзивном интервью FUZZУ рассказала сама певица. Полная видео версия интервью вскоре будет выложена на сайте.

Для просмотра видеоролика Вам необходимо установить последнюю версию плеера Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player

FUZZ: Ваш первый диск называется «I Deny», то есть «Я отрицаю». Что вы отрицаете?

Нина Карлссон: На тот момент отрицала пошлость, если я правильно помню. Речь шла о гармонии с самим собой и о дисгармонии, которую я отрицаю. По-моему, диск был об этом.

FUZZ: Главное мое недоумение в связи с вашим творчеством — почему вы сочиняете песни на иностранном языке. У меня есть своя версия. Потому что к вашей музыке не подойдет русская фонетика, сложно будет выстроить песенную фразу. Это, по-моему, проблема для всей современной околоджазовой музыки — то, что русский язык плохо поется. Я угадал?

Нина Карлссон: Буквально на днях я выпустила русскоязычный макси-сингл и буду выпускать русскоязычный альбом. Никакой проблемы нет. Меня гармонично настигла эта самая русская фонетика и все в порядке.

FUZZ: Больше не будете петь по-английски?

Нина Карлссон: Я продолжаю писать и по-английски, и по-русски. Когда я ехала в поезде на презентацию макси-сингла, я написала две песни — и на русском, и на английском.

FUZZ: Вам не обидно, что вы сочиняете песни на английском, а их никто не понимает?

Нина Карлссон: Конечно же, их понимают. Вы, наверное, тоже замечали, что английский язык очень плотно вошел в обиход многих людей. Когда у меня было свадебное путешествие в Швеции, я включала телевизор и смотрела в основном англоязычные передачи.

FUZZ: Ну, это в Швеции.

Нина Карлссон: Но вот вы, вероятнее всего, слушаете много англоязычной музыки. В детстве и сейчас.

FUZZ: Конечно, слушаю. И сейчас, и в прошлом, и в будущем. Это основной язык современной культуры. Но я не вслушиваюсь в тексты, во-первых, потому что не всегда хватает знания английского. Хотя я думаю, что у меня не самые плохие знания в этой области по сравнению со среднестатистическим российским слушателем. Я даже думаю, что некоторые группы я слушал именно потому что я не понимал текста.

Нина Карлссон: Да, я некоторое время назад задумалась, слушали бы мои подруги в глубоком детстве Бритни Спирс, если бы они понимали тексты. Возможно, для них ее тексты были бы глуповаты. Но ведь в песне описывается какой-то образ. Мои песни устроены так, что там не очень сложная лирика. Зато образ передан точно. Это действительно хорошие стихи и мне не стыдно. 

FUZZ: То есть вы билингвальны, Нина?

Нина Карлссон: Что вы! Мне еще настолько далеко до этого. Но думать и разговаривать на английском я могу.

FUZZ: Чтобы писать поэзию на иностранном языке, нужно иметь очень хороший уровень знания.

Нина Карлссон: Так получилось, что мне довелось много разговаривать с носителями языка. Повезло. Улучшить свой уровень еще можно просмотром фильмов. Если вы слушаете англоязычную песню и пропеваете ее, это сильно повлияет на ваш языковой прогресс. Ведь вы русский язык как изучаете в детстве — входя в атмосферу, вживаясь.

FUZZ: Вы учились сочинять, слушая песни, а не читая стихи?

Нина Карлссон: Почему же, я и стихи читала.

FUZZ: И кто повлиял на Нину Карлссон как на поэта-песенника?

Нина Карлссон: Оден и Джойс.

FUZZ: Какая же аудитория должна быть у девушки, которая поет английские песни, написанные под влиянием Джойса!

Нина Карлссон: По поводу влияния — все влияет. Вот, например, я сейчас пишу на русском языке. Я не могу найти точные влияния, все происходит молниеносно, как чувствую, так и выражаю. Я не приверженец какого-то стиля. Я не говорю себе: «Я должна писать метафорами!» На нас влияет все, вплоть до цвета зубной щетки, влияет абсолютно все! Такое огромное количество людей внесло лепту в нашу жизнь! Мы спим на белье, которое кто-то сделал, чистим зубы щеткой, которую кто-то сделал, читаем книгу, которую кто-то напечатал. Сосед, который живет напротив и смотрит на нас в окно — он тоже влияет. Все это как-то отражается в нашем сознании. Однажды я проснулась и поняла, что я нахожусь в доме с невероятным количеством рук, рук, которые что-то сделали и это находится в моем доме. Ну, и, конечно же, прочитанная книга, картина, мельком услышанный звук, скрежет автомобиля по асфальту — все это абсолютно точно отражается на творчестве.

FUZZ: Конечно, на вас повлияло образование. Вы же композитор.

Нина Карлссон: Я бы сказала, что больше всего на меня повлияло самообразование и советы мудрых, старших людей и не только старших, но и младших. Иногда и шестилетний ребенок может высказать невероятно мудрую мысль, которую ты будешь потом долго переваривать.

FUZZ: Огромное количество музыкантов добиваются больших успехов, не имея представлений о нотной грамоте. Вам помогает знание нот? Вы их используете в своей творческой деятельности?

Нина Карлссон: Конечно, помогает. Но я очень уважаю людей, которые занимаются музыкой, не имея образования. Иногда его отсутствие не мешает...

FUZZ: ...добиться славы и почета.

Нина Карлссон: И быть любимым.

FUZZ: И что вам дает знание нот?

Нина Карлссон: Мне проще записать свою музыкальную мысль. Вот вы знаете слова и вам легче подготовить вопросы, записав их. Знание инструментов позволяет мне хорошо представить оркестровку, хотя, мне кажется, даже человек, не знающий нотную грамоту, может это представить. Я понимаю, как все работает и могу представить себе партитуру песни, если можно так выразиться.

FUZZ: Музыканты, которые помогают вам записывать и исполнять, пользуются нотами?

Нина Карлссон: Да. И это хорошо, мы можем найти общий язык.

FUZZ: Какие композиторы входят в ваш Top-5?

Нина Карлссон: Кто самый классный? Стравинский. Мое самое любимое произведение — это концерт для скрипки с оркестром in-d, и оттуда мне нравятся арии, хотя все произведение очень красивое. Просто шикарное произведение.

FUZZ: А барочная музычка?

Нина Карлссон: В барокко не могу выделить кого-то. Перселл классный. Но тут чем глубже копаешь, тем больше найдешь звезд на небе. Этой музыки очень много, и все зависит от того, какой ансамбль слушаешь. Сейчас много хороших ансамблей, которые очень хорошо доносят до нас то, как на самом деле должна звучать эта музыка.

FUZZ: Есть такое мнение, что классическая музыка, музыка которую учат сочинять в консерватории — это серьезная музыка для серьезных людей. А песенки — это не серьезно. Вы не согласны с этим?

Нина Карлссон: Песенный жанр может свалиться в пошлость, как и любая музыка. Иногда невыносимо слушать эту «новую классику». Песня может быть таким же произведением искусства, как и любой музыкальный жанр. Музыка бывает хорошая и бывает плохая.

FUZZ: Все-таки, на мой взгляд, это разделение имеет смысл. Есть музыка, которая требует какого-то умственного напряжения, так же, как ваша музыка требует от слушателя знания английского языка.

Нина Карлссон: Порой она и умственного напряжения требует. Все зависит от того, какой человек ее слушает.

FUZZ: Какие люди вас любят?

Нина Карлссон: Никаких правил нет. Это может быть рокер, который никогда не слушает такую музыку. Могут быть дети. Мне иногда пишут: «Мы с ребенком сейчас слушаем твою музыку». Бывает, что приходят подружки бабушки. Бывают совершенно неожиданные варианты. Хотя, конечно, есть какой-то общий пласт.

FUZZ: Интеллигентные, современные, эстеты.

Нина Карлссон: Приятно, что вы это сказали.

FUZZ: А если вашу музыку назовут просто — «хорошая фоновая музыка»?

Нина Карлссон: Что такое фоновая музыка?

FUZZ: В кафе играет где-то там, а мы пьем чай.

Нина Карлссон: А вы задумались над тем, что обычно играет в кафе, когда вы пьете чай?

FUZZ: То, что не отвлекает от разговора.

Нина Карлссон: Это неправда. Обычно играет активная музыка.

FUZZ: Кафе разные бывают. В очень хорошем кафе играет музыка, абсолютно не привлекающая внимание и создающая некий фон.

Нина Карлссон: А вы слушали мой альбом?

FUZZ: Да.

Нина Карлссон: И вы считаете, что моя музыка не привлекает внимание?

FUZZ: Вот именно это я хотел узнать — обижает ли вас то, что вашу музыку называют фоновой.

Нина Карлссон: Во-первых, у меня не совсем тихая музыка и не совсем lounge. Она не агрессивная, все мои концертные выпады там немного сглажены. Мне кажется, вам надо переслушать альбом.

FUZZ: Может быть, я ошибся. Вы хотите привлечь внимание слушателя, но есть барьер — вы поете на чужом языке.

Нина Карлссон: Я хочу, чтобы нравилось, больше я ничего не хочу. Чтобы нравилось и чтобы каждый что-то подумал. Друзья меня спрашивают, почему у меня такое количество непрочитанных сообщений. Потому что приходят письма...

FUZZ: И что пишут?

Нина Карлссон: Свои стихи. Еще рассказывают о том, что случилось, они хотят со мной поделиться и поговорить после того, как они послушали мою музыку. Иногда это люди не из нашей страны. Английский язык позволяет мне общаться с людьми, с которыми у нас единый язык, но при этом мы с ними из разных стран. А пение на русском языке позволяет мне общаться с нашими соотечественниками. Я ведь не писала на русском языке не специально, а просто потому что время не пришло. В четырнадцать лет я сочиняла песни на русском языке и писала безумное количество стихов, просто это все забылось. Но однажды я нашла кассету с песнями на русском языке. И это случилось именно тогда, когда я записала сингл на русском языке. Мне кажется, это был знак — время пришло. Теперь я пишу на обоих языках.
 

 

Фотографии: Александра Жидких, Христина Антонович

ДФ

Комментарии
Отправить
Нина Карлссон и ее музыканты 4-7 марта 2012 провели на петербургской студии Гороховая, 19 под присмотром звукорежиссера Бориса Истомина. Они записывали макси-сингл певицы. Русскоязычный макси-сингл.
16.07.2013, 15:58 0